antimantikora (antimantikora) wrote,
antimantikora
antimantikora

Categories:

Набоков, "дурак Лоллий" и одураченные слоны

Мои теоретические экстраполяции стали подтверждаться "палеонтологическими находками". Я читаю письма Набокова. Одна из причин, по которой он стремился - и боялся - опубликовать "Лолиту" - его ненависть к Лоллию Львову, его стремление насолить Лоллию. Это главный ключ к роману, и он лежит на поверхности. Однако публика деликатно помалкивает. Вероятно, потому что Львов был очень влиятельным человеком. Возможно, он был чудовищно влиятельным человеком.

Ранее, испытав инсайт, я сделал эмоциональный набросок: "Лоллий Львов отказал, Набоков отомстил", который не так уж и плох. Теперь он подтверждается в письмах.

Бойд упоминает Львова вскользь, как "журналиста", что является ошибкой характеристики. Но Бойда можно понять: он работал в 1980-90-е годы, под пристальным контролем Веры Набоковой. Поэтому сообщал многое, но далеко не всё. Львов был вовсе не журналистом, а большой шишкой в литературных и эмигрантских кругах, и старым знакомым Владимира. Возможно, ещё по России. Вот письмо 1924 года, где упоминается "дурак Лоллий Львов".



(Бабиков А.А. Прочтение Набокова. Изыскания и материалы. - СПб: «Издательство Ивана Лимбаха», 2019. - с.264.)
Бабиков - самый мощный эксперт-исследователь Набокова. У него самая высокая бабичность.

В письме, кстати, очень хорошее описание Врангеля. Если высокий Набоков характеризует его как "очень высокого, очень широкого в плечах" - значит, это был гигант и мордоворот атлантического типа, больше двух метров. Становится понятно, почему "чёрный барон" наводил такой страх.

Дайте взглянуть! Точно. Никогда не думал, что Врангель такой монстр - чисто физически.



А это письмо 1936 года, из поездки во Фландрию, Брюссель и Париж, после которой он написал "Весну в Фиальте". Там тоже упоминается Лоллий - отдельно от "поэтов". Хотя тот мнил себя великим лириком. Следовательно, у них была давняя неприязнь. Оказывается, в каждом письме Владимир рисовал машинку или паровозик для сына. И обязательно тендер! Love me tender! And leave me by train...



Жену он любил - и ненавидел. С одинаковой силой. Поэтому испещряет письма пошлым сюсюканьем, признаниями в любви. Нормальным людям это не нужно. Это самовнушение, суггестия. Подлинное отношение проявляется в парапраксисе НеаЖу - ненавижу. Оговорка по Фрейду. Есть и другие признаки. Вера контролировала каждый его шаг, но была ему нужна, как нянька аутисту. Такое двойственное отношение встречается в жизни очень часто.

Самое смешное, что истолкователи "Лолиты" пользуются любыми версиями, кроме простой истины. Лолита - это Lodita, Владимир Владимирович Набоков, здоровенный мужик, но беспомощный, как дитя - из-за деменции. А Гумберт - это Вера Набокова, которая возила его на машине везде и всюду, и держала в узде, и использовала как малолетнюю рабыню для удовлетворения своих творческих амбиций. Это ужасно смешно, но факт. Сексуальная сторона здесь прописана, чтобы сбить с панталыку. Вера "трахала" Владимира в бытовом и организационном плане. Она была необычайно умная и дисциплинированная немолодая женщина. И прекрасно понимала, что сама не добьётся ничего хорошего, а будет убогой эмигранткой. Зато если она будет грамотно эксплуатировать Владимира, то возможно, что-то и заработает. Иногда гонорары за публикации равнялись годовой зарплате секретарши. Владимир называл её иногда средним и мужским родом, и странными для джентльмена обращениями.

Владимир пытался роптать, протестовать, и даже бежать. Но Вера держала его под неусыпным контролем, в том числе бытовом. Он понимал, что за "Лолиту" его могут просто арестовать, после чего книгу издадут подпольно, и гонорары пойдут Вере. Он пытался отлынивать, оттягивать издание, даже сжечь рукопись. Но жена его поймала. Набоков долго не мог тиражировать "Лолиту" (1953 - 1955) - вовсе не потому что книга неприличная. В то время были изданы тысячи жёлтых, порнографических, натуралистических, чёрт знает каких книг. Чернуху писали и талантливые словесники:
Луи-Фердинанд Селин - Mort à crédit (1936)
Уильям Берроуз - Queer (1953), Naked Lunch (1959)
Жан Жене - Miracle de la rose (1946), Journal du Voleur (1949)

Это Вера писала произведения Набокова и Сирина. Юридический факт: она их печатала своей рукой. Но позволяла Владимиру Владимировичу очень многое: добавлять туда поток сознания, магию биографии, игру слов, любые заклинания, редактировать, наводить лоск - сколь угодно долго. Поэтому он вставил в "Лолиту" очень много своего: наделил Гумберта обликом Лоллия Львова, а его лучшие черты списал с Василия Рукавишникова (интеллектуал, полиглот, расследователь, сильные пальцы).

Вера позволила ему сублимировать свою ненависть к ней самой: бить, выкручивать руки, топить, раздавить автомобилем - в любых разговорах и текстах. Но в реальности это было слишком сложно. Набоков неоднократно дрался с Верой, но она была очень крепкой и постоянно тренировалась (поэтому выглядела не старухой, а спортсменкой). Последний раз они подрались в ванной. Набоков упал и получил сотрясение мозга, а Веру госпитализировали с повреждением позвоночника и плеча. Всё это они старались скрывать. Но Набоков мечтал, что его похитит какой-нибудь "Клэр Куильти", литературный агент-драматург, и будет использовать так же, как Вера. А Вера смеялась, что это будет ещё хуже. Они были очень умны, и превратили свою взаимную ненависть в творческую любовь. Поэтому ссорились редко и тихо. Они открыто обсуждали свою ненависть, каким конкретно образом хотели бы убить друг друга. Потом продумывали последствия и проблемы, находили ошибки, улики, и смеялись. Это была сублимация, семейная психотерапия.

Так возникла Шарлотта - это Шлоним.

А с кого он рисовал Долорес? Знаю. Но не скажу. Замечу только, что ауксологические атласы здесь не при чём. Это для отвода глаз. Подлинная Долорес была совершенно другая - во всех отношениях: пол, возраст, обхват груди. Но имя - очень похоже! Батюшки, какое палево... Впрочем, никто не разгадал.

Среди общих выводов:

Читатели Набокова — это всегда «одураченные слоны». Кто бы ни прочёл его произведение, «неловкий дилетант» или ловкий профессионал, он обманется и пойдёт ложной дорогой. Такова цель автора, это его игра, магия, творческое кредо. Некоторые факты биографии, которые инспирировали персонажей и их поступки, огласить вообще невозможно.

В истолковании Набокова не может быть «истины», «правды» и «лжи». Загадка-ловушка истинна своей лживостью.

Поступки и деятельность Набокова-человека, психическая работа Набокова-личности, и изданные произведения Набокова-автора — это совершенно разные и независимые каузальные пространства.

PS. Иногда, читая эти письма, я начинаю так дико хохотать, что мёртвый Гомер восстаёт из гроба и стучит в стенку моей пещеры.


Tags: Набоков
Subscribe

Posts from This Journal “Набоков” Tag

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments