antimantikora (antimantikora) wrote,
antimantikora
antimantikora

Category:

Что такое литературное произведение?

Арзамас опубликовал видеолекции о русской классике. "О русской литературе рассказывают выдающиеся школьные учителя. Лев Соболев, Елена Вигдорова, Надежда Шапиро и Константин Поливанов удивительно интересно и свежо разбирают школьную классику XIX века. От Пушкина и Гоголя до Лескова и Чехова."
https://arzamas.academy/special/ruslit

Слушайте, и всё узнаете. Для себя я не нашёл там ничего удивительно интересного или свежего, что и немудрено: мой возраст и интеллектуальный статус далеки от школьного. Но для школьников этот ресурс - в самый раз. Им нельзя давать глубокие интерпретации, иначе они станут слишком вдумчивые, додумаются до опасных истин, а их сочинения трудно будет проверять. Ведь одно дело проверять ошибки, и совсем другое - напрягать интеллект в качестве научного редактора.

Русские классики глубоки, но ничто человеческое им не чуждо. Их идеализируют как объекты трансцендентальные, идеальные, перфектные. Но корректнее рассматривать их, как людей, живых и слабых, но проявивших редкостный челлендж под гнётом жизненных обстоятельств и в контексте своей эпохи. Им приписывают совершенство и высший успех, а на самом деле это были выдающиеся неудачники, страдающие обсессиями, которым удалось реализовать лишь малую часть своей личности в типографии, да и то - в порядке сублимации и копинга.

Произведения классиков содержат много логических ловушек, в которую попадают и профаны, и специалисты.



Главная ловушка - читатели воспринимают литературное произведение, как документальный нарратив. На самом же деле это режиссёрский конструкт. В нём реализуется психология режиссуры одного конкретного автора, встроенного в систему коллективных отношений.

Например, довольно неразумно рассматривать "Похождения Чичикова", как РЕАЛЬНУЮ ИСТОРИЮ, анализировать события, проблемы крепостничества и духовной жизни барства, давать оценку персонажам. На самом деле это ноосферная игра и биографическая магия человека, которого в детстве прозвали "Таинственный Карла". Гоголь был физический карлик, но компенсировал это как литературный (а затем и духовный) гигант. Эта книга - не изложение событий, и даже не "роман" (то есть романтическая биография), а магический конструкт автора-игромана, который утопал в литературной игре, и при этом старался хоть немного подзаработать. Это умственный спорт, где Гоголь проявил себя как уникальный атлет. Он даже разработал собственный вид спорта, и стал его законодателем. Отчасти на этом основании Гоголь называл свой прозаический текст "поэмой". Потому что поэма захватывает автора, льётся, пока есть вдохновение, создаёт неожиданное течение и повороты мысли, и возникающий текст трудно вместить в рамки типографского объёма, дедлайна, плана, фабулы.


Литератор одновременно сублимирует собственные проблемы, выполняет редакторские требования, и заставляет читателя играть в классики. Автор любит профанов, ведь они покупают книги. Но ещё больше он любит специалистов, ведь они эти книги продают. Ещё больше автор любит коллег, соратников по цеху, таких же гениев, ведь только они могут адекватно оценить его труд. Одновременно он их всех ненавидит, ибо есть за что. Вот такая незадача. Везде есть профессиональная деформация, производственные болезни и стрессы.

Какова природа литературного произведения? Это очень глубокая тема, где культурологи, антропологи, лингвисты, текстоведы, философы докопались до планетарного ядра, и одновременно вышли в открытый космос. Публикаций много, целые научные отрасли. Как говорил наш учитель радиомеханики Горохов: "Хотите знать теорию, читайте умные книги".

А с точки зрения простейшей, первобытной антропологии литературное произведение надо вводить в картину мира через потребность в нём. Когда возникает потребность в литературном тексте? Сначала - только в одном случае: когда надо что-то рассказывать ребёнку, причём перед сном. Когда перед первобытным человеком предстаёт взрослый, ему не нужен долгий рассказ: достаточно набросков, намёков, акцентов. Нужен рапорт, приказ, объяснительная, реверанс, а в целом - документалистика.

Если же коммуникант - бодрствующий ребёнок, тогда нужны сообщения объясняющие и обучающие, побуждающие к действиям и зашифровывающие правду, запретительные и разрешительные. И только когда ребёнок закрывает глаза, его сознание востребует сноподобный нарратив, где есть завязка, перипетии и кульминация, где слушатель вживается в образ протагониста, сопереживает, а развязка может и не наступить, так как душа погрузится в глубокий сон. Когда воспитываешь ребёнка, младенцу надо много рассказывать перед сном, и здесь возникает потребность в технике, надо уметь делать изложение плавным, но захватывающим, придумывать логичные сюжеты, обогащать язык, но объяснять значение слов через контекст, внедрять воспитательные элементы и т.д. В природном, натуральном обществе в качестве такого рассказчика обычно выступают другие дети, постарше. Именно они формируют 2/3 нарративов, передавая традиции и развивая речь младенца. А родители в это время заняты, отсутствуют. Речь отца может составлять для сына всего 5% суточной коммункации. Приходится делать её сверхценной, чтобы усваивать актуальную аксиологию. Главными учителями ребёнка являются другие дети, поэтому элиты придавали особую важность подбору когорты для своих отпрысков: с кем водиться, кого избегать. Сейчас фактор когорты, вероятно, стал ещё важнее.

Литератор, писатель осуществляет "рассказ перед сном" так мастерски, что текст можно воспринимать per se, не имея перед сонными очами образа любимого человека, родителя-рассказчика. Родитель у колыбели - фигура имманентная. А литератор, некогда подготовивший типографский текст, фигура трансцендентная, поэтому он уподобляется божеству - и в собственном сознании, когда работает над сказанием, и в сознании читателя. Литератор точно так же идеализирует Читателя, как и конкретный читатель идеализирует Автора. Таким образом, Литература - это взаимодействие двух трансцендентных фигур, Писателя и Читателя. То есть это процесс мистический, осуществляемый в сфере феноменов религиозной антропологии, где должны активизироваться вера, воображение, нуминозное чувство диалога с божеством, мистика совпадений и т.д. Выдающиеся писатели (и круг словесников) открыто высказывались, что автор подобен божеству. В отличие от простого смертного рассказчика - родителя, автор-классик фактически бессмертен, а его "сказки на ночь" адресованы зрелым, взрослым и даже старым людям, которые обрели максимальный жизненный опыт, и могут оценить глубину гения, и ощутить магическую связь с автором, понять, что он написал послание лично тебе. До этого ещё надо дорасти, и дорастёт далеко не всякий. Произведения классиков - сверхзрелые. Даже те, что формально кажутся "детскими сказками", на поверку оказываются адресованы более чем взрослому Читателю.

Профессионалы должны, напротив, заниматься профанацией этой магической связи, культивировать профессиональный цинизм, анатомировать технические приёмы творчества. Это филологи, редакторы, типографы, корректоры, критики и прочая шушера, способная шуршать бумагой и перьями. Однако чтобы не обесценить литературную продукцию, не нарушать маркетинг, не снижать, а повышать продажи, профессионалы окутывают литературное творчество облаком мифов и мистификаций, используют множество терминов (маловразумительных, с размытой дефиницией), которые костюмируют [классическую] литературу. Она предстаёт, как прекрасная дама в платье и под вуалью: нечто романтичное, ухоженное, конформное, но не позволяющее войти в по-настоящему интимный контакт, связаться с автором по-человечески и поговорить по душам.

Отчасти поэтому читать классиков так скучно. Факт в том, что детей, крайне далёких от гениальности, заставляют читать сверх-зрелые произведения гениев, созданных в целях сублимации их личных трагедий, и при этом не дают герменевтических разъяснений. Поэтому дети воспринимают эти конструкты как документальный нарратив, и не могут понять, зачем в современном мире нужна эта древняя плесень, что в этом актуального, в чём там дзен. Это наносит крупный системный вред русской культуре, способствует коррупции ноосферы, а также отчуждению российской молодёжи от русской этничности.

Альтернативой является проработка небольших фрагментов классических произведений в технике практико-ориентированного образования, герменевтической интерпретации, психоанализа. Однако это создаёт демпинговый перекос: школьники с такой подготовкой получают мощную фору при работе с текстами. Поэтому такая практика считается нежелательной для масс, а применяется в основном для элиты либо в высшей школе.

На этой ноте резонно перейти к практической социологии - сварить обед и сесть за работу.
Tags: Гоголь, антропорусистика, литература
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Почему Джеймс Бонд - агент ноль-ноль-семь?

    Почему Бонд имеет номер 007? Вот что пишет энциклопедия. Bond's code number—007—was assigned by Fleming in reference to one of British naval…

  • карманы калана

    Калан (или морская выдра) питается моллюсками и морскими ежами. Панцири он разбивает камнями. Плывёт на спине, пристраивает камень на груди, сверху…

  • Последний вопрос Пруста

    Вот некий Марсель Пруст (устами некоего мастера столоверчения) регулярно задаёт нам вопрос: - Что Вы скажете Всевышнему, если встретитесь с Ним? Все…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments