antimantikora (antimantikora) wrote,
antimantikora
antimantikora

Categories:

лавировали, лавировали - и всех выловили

Смена названий - это всегда революция. Кто-то всплывает, кто-то тонет. Сменяются верхушки, меристемы, ингибирующие ствол. Если меняется название какого-то учреждения, за этим всегда стоит мини-революция. Кого-то скинули, распотрошили чьё-то барахло, рейдеры захватили помещения и активы. Часто разрушение старого учреждения устраивают одни лица (профессиональные диверсанты, налётчики, рейдеры), а деятельность новой малины - организуют совсем другие, либо фавориты, либо вообще случайные сквоттеры, которые через пару лет укомплектовывают "новую" контору с отвратительно старым функционалом. Самое сложное при этом - придумать объяснение, на кой чёрт понадобилось менять вывеску, и оплачивать реформирование. Обычно налётчики до этого не снисходят, а сквоттеры пожимают плечами. Этот механизм существует столько, сколько государственные механизмы вообще.

Так называемая "революция" - это всегда военное поражение, контрудар атакованного и оскорблённого противника, обладающего огромной силой. Это поражение в объявленной, нескрываемой, межгосударственной, кровопролитной войне. В такие моменты погибает и страдает множество зачинщиков бойни, палачей и военных спекулянтов. Они очень обижаются и злятся на такой расклад.

В начале 1980-х Камчатская лесная опытная станция купила ГАЗ-66. Это была старая шишига, которую погранцы списали из-за хромоты. Умельцы из "Камчатлеса" построили в кузове фургон из фанеры и установили печку, шкафчики и нары. Шофёр раздобыл новую коробку передач и колёса. Поскольку Контора не ставила палки в колёса, самопальный кунг стал очёнь уютным. На нём коллектив станции и нередкие гости выезжал в лес - для исследований. А на самом деле - на охоту и пикники. В лесу имелись не дороги, а только просеки, разбитые военными грузовиками, на которых выезжали пикниковать офицеры. Собственно, именно для этого их и прорубали зеки Дальстроя. И даже такой вездеход, как шишига, проезжала там лишь благодаря мастерству шофёра. Его фамилия была Мезин. Он был похож на Бьёрна Ульвеуса, даже бакенбарды носил. Он постоянно курил и энергично крутил руль, выбирая колдобины поровнее. Иногда Мезин выезжал с дороги в лес и даже подминал бампером деревца. Тем не менее, кунг иногда проваливался. И приходилось мучиться, вытаскивая его. Лебёдки на этой машине не было, хотя по идее надо было устанавливать её на ГАЗ-66 ещё в проекте. Просеки шли по лесу и ручьям без всяких мостов. Потому что ездить там некому, а вояки на своих броневиках продавят любой мост. Однажды зимой кунг продавил лёд и конкретно провалился в омут, задом вниз. Люди еле вылезли их фургона. На счастье мимо проезжал военный Краз с огромными колёсами и передним мостом. Он выдернул шишигу, как репку. Мезин был не простым шофёром - он работал отчаянно и остервенело, будто гонщик на родео. И оказался хитрее всех кандидатов наук, потому что в середине 1980-х взял все заработанные северные деньги и уехал в Сочи, где его отец раздобыл домик, причём в горах, где спокойно. Мезин знал прикуп - вот и жил в Сочи!

Остальные потеряли всё заработанное, когда борющиеся элиты проткнули мыльный пузырь общественного доверия.

Никакого "коммунистического проекта" не было. И никакого проекта "развал Союза" тоже не было. Вся конспирология вокруг истолкования событий - тщеславная реконструкция постфактум. У всех был только один проект - как выруливать на колдобинах, на нормативно-правовом и политическом бездорожье, как обеспечивать ручное управление каждым винтиком и колёсиком этой тягостной громады. Власти постоянно лавировали между ухабов, ползя по разбитой идеологической и нормативной колее. Задача была наисложнейшая, переполненная мелкими деталями и осложнениями (Поэтому региональные менеджеры перекладывали её на плечи женщин.)

Советские государственные менеджеры вели свой участок и всю страну в целом - как ездил Мезин на шишиге по лесной дороге. Иногда их машина проваливалась по самую крышу: колхоз, город, регион, контора, ведомство, страна. Её вытаскивали - обычно зарубежные автомобили. Например, форды и студебеккеры. Иногда ведомство тонуло так некрасиво, что его не вытаскивали. Оставляли гнить в болоте. Тогда учреждали новое ведомство, министерство, комитет. И даже страну! В течение ХХ века на территориях, которые когда-либо бывали под юрисдикцией так называемой советской или социалистической власти или какой-либо коммунистической партии, учреждались многие сотни государств. На территориях под юрисдикцией Советского Союза их были десятки. Под новую крышу и в новый кузов перелезали бывшие, но весьма избирательно. Многих топили рядом со старой машиной. Людей уничтожали социально или физически, причём буквально в болоте - на всяческих канавокопательных и канализационных работах, специально придуманных, чтобы губить каналоармейцев.

Каналоармейская семантика пропитывала сам язык. Проектов не было - была "текущая работа". В отличие от проекта, у неё нет конца. Есть исток, есть порты и пристани. Есть слияние в нечто великое и безграничное, как море. Есть отпуск у моря и мечты о домике в Крыму для пенсионера. Обязательно у моря! Хотя Крым большой. Заманухи, обманухи, выражались три старухи. Проблемы решались "по своим каналам". Менеджеры не руководили, а "стояли у штурвала". Каждый рулевой был обязан иметь "якоря": еврейская жена, дети в заложниках. Коммунистическую религию зачинали утописты, способные ради своей утопии - утопить хоть всё население. Идеалом супермена были мутные личности из драмы "На дне". Мокрые дела смывал водоворот революций и реформ, очищающий авгиевы конюшни подмоченной репутации. Главное при этом - не сесть в лужу, не ударить в грязь лицом, а просто плыть по течению. В этих водяных нет ничего удивительного - ведь власть на Руси долгие века старались захватить атлантические талассократы и хазарские потамократы. С переменным успехом, конкурируя и терзая всех, но им это удавалось.

Поворот сибирских рек - это частный случай. Просто он стал удобным символом. Этот проект был бы продолжением пиратской гидрократии, гидры коммунизма с её змеино-болотной сущностью. Чтобы можно было снова развернуть сети каналоармейского рабства. Стратегическая, мистическая цель и просто детская мечта - опутать страну сетью каналов, по которым можно плавать на этаком крейсере "Аврора" и обстреливать бунтующие сёла, не покидая прококаиненных кают. А к строительству этой сети можно припахать хоть всю страну, чтобы не бунтовали. Сейчас эта утопия перемещается в ноосферу, в Сеть.

Многим руководящим серферам нравилась такая непредсказуемость, напоминающая игру в казаки-разбойники. Интересный русский термин - они одновременно и казаки, и разбойники. Это очень верно.

Любоначальщики-беспредельщики занимались (и занимаются) не менеджментом, а управленческим серфингом, читерством, фишингом, пиратством, террором на местах и вообще всеми формами криминальной деятельности, которую обычно практиковали на изрезанном побережье, где концов не сыщешь. Только делалось это в глубине континента и в государственном масштабе. И под прикрытием какой-нибудь легализующей "мазы" или секретной "малявы". Которая была легальной лишь временно: через некоторое время власть забирала другая "маза", а первая считалась уже недействительной или даже преступной. Таков переходный период, рубеж новой геологической эпохи. Эпоха требует таких методов, и будет требовать. Их требует и земля, и страна, и сам строй - который постоянно эволюционирует, линяет, отсиживается в коконе и меняет внешний облик. Но генетика остаётся та же, малярийная, пролетарская.

Пролетариат - это вовсе не мускулистые рабочие, охваченные жаждой справедливости. Это преступники, отсидевшие, ворьё, наркоманы, пьянчуги, больные, попрошайки, калеки, дезертиры, дембеля, ненавидящие убогий мирный труд, хитрованцы, психопаты, прочие делинквенты и девианты. А также нищая и беспринципная молодёжь, которую используют как шестёрок, приманку, щит и пушечное мясо. На этот сброд делают ставку враги страны. После революции обязательно происходит гражданская война, где влияние переходит от кликуш к офицерам-особистам, способных на любые криминальные схемы и работу карателя. Затем поднимается волна мщения, приходится прятать концы в воду. И почти все силы уходят на заметание следов, зачистку, чистку. Так революция пожирает своих детей. В истории человечества есть порядка тысячи кейсов таких общегосударственных переворотов, после которых менялась вся верхушка, а социальное тело страдало от насилия и смертоносных подлостей.

Здесь возникает особый социальный строй, полный пароксизмов... пардон, парадоксов, когда кривая вывозит, прямая топит.

Революцию 1917 года организовали мстительные наркоманы, у которых не было никакого желания создать государство рабочих и крестьян. И меньше всего они хотели дать кому-то свободу, поэтому с самого начала действовали по идеалам каторги, тюрьмы, централа, воровской малины, подполья и нелегального бизнеса, которые усвоили в течение жизни. Единственное искреннее желание - отомстить своим обидчикам, хапнуть золотовалютный запас империи, и богато зажить в США, где они имели связи с еврейской мафией, и всё было уже на мази. Но когда провернуть эту аферу не удалось, когда стало ясно, что власти и народ искомых государств их не пропустят, они сговорились мстить, мстить и мстить, любыми средствами. Финансовые депрессии - это военные операции. Вторая Мировая была организована только с целью отомстить за прошлые унижения. Это и не скрывалось, наоборот - открыто провозглашалось. А внутренний менеджмент, управление страной - это досадное обременение, последствия неудачи, где тоже были возможности рулить, но весьма убогие и хлопотные.

Данный исторический феномен чрезвычайно точно выразили одесские кореша одного моего знакомого деда-особиста в посвящённой ему книге, которую завершили уникальной по своей ёмкости фразой:
- Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придётся переквалифицироваться в управдомы.

Далее кода и занавес.

КАК КОНЬ ВОРОНОЙ
Лежи спокойно, дура-лошадь
В своём радоновом гробу.
Тебя не знал, тебя не выдам,
Братьёв в могилу не сведу!
Tags: военная антропология
Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments