antimantikora (antimantikora) wrote,
antimantikora
antimantikora

Незваный гость против антрополога: финальная сцена

1. Сизый голубь (его ещё называют городской или скальный, а по-латыни он странно называется "Ливия": Columba livia) раньше был очень полезен, зато ныне приносит гражданам всего мира и их имуществу ущерб, который исчисляется миллиардами. В первую очередь это негативный эффект от голубиного помёта. Он обладает особой воскоподобной консистенцией и химической агрессивностью: разрушает всевозможные покрытия, в том числе памятники культуры и поверхность автомобилей. Также голуби распространяют много инфекций и вытесняют более привлекательных диких птиц, в том числе таких голубеобразных, как горлица, клинтух, вяхирь и др. Экологический успех скальных голубей в наших городах объясняется тем, что они выводят птенцов в нишах и под крышами зданий, практически не строя гнёзд, причём делают это как летом, так и зимой, выкармливая птенцов не приносимой в клювах пищей, а специальными выделениями - "птичьим молоком".

2. В моём доме голуби обосновались недавно, избрав, по-видимому, в качестве гнездовья нишу чердачного окна над моей квартирой. Поэтому слётки и взрослые особи повадились сидеть на открытой форточке кухни, более того - гадить сверху на подоконник: аккурат в вазу с фруктами. Этим они не ограничились. В конце июля голубь залетел внутрь, и наделал много разрушений. Мне требовалось голубиное мясо, чтобы кормить черепаху, однако я не стал его убивать - в силу неловкости, лени, нерешительности и сентиментальности. Птица поучаствовала в экстремологическом эксперименте, а потом обрела свободу. Я узнал много информации. Об этом я написал ранее. Потом я потратил много сил, чтобы оттереть его дерьмо, и даже поцарапал линолеум. Оказывается, это надо делать сложно - вначале механическим, а затем химическим способом. Тот голубь оказался не такой уж глупой птицей: он помнил, что я представляю для него опасность в течение 5 дней, хотя прямых воздействий не получал. После того, как он сбежал, несколько голубей опускались на подоконник моей ливинг-рум и опасливо заглядывали внутрь, когда я возлежал на диване - словно старались рассмотреть чудовищного Полифема, который пленил их собрата.

3. Сегодня утром, когда я убирал большую комнату, в кухне раздался мощный шум. Я вошёл туда, и к своему изумлению увидел, что туда снова залетел голубь! На этот раз я не стал медлить и предаваться сантиментам. Для начала я издал дикий рёв и разразился чудовищными проклятьями, которым позавидовал бы бывалый уголовник. Этим я мобилизовал свою ЦНС и сбросил оковы цивильности. Затем я молниеносно схватил и убил эту птицу. Вообще-то я по образованию биолог, поэтому ведаю также и как умерщвлять животных. А поскольку я много лет был начальником биологической службы в университете дополнительного образования - знаю, как делать это быстро, эффективно и чисто, без того, чтобы устраивать кровавую бойню или возиться с хлороформом. Поэтому, шагнув на порог кухни, я затратил не более трёх секунд на то, чтобы поймать птицу и сделать её мёртвой. Какими приспособлениями и приёмами я при этом пользовался, сообщать не стану, потому что консалтинг и ноу-хау стоят денег. В первый раз я не решался на убийство целую неделю. Но если в мою прайвеси вторгаются с особой настойчивостью, могу действовать молниеносно - и весьма разрушительно.

4. Есть люди, которые получают удовольствие от убийства, но я к ним не отношусь. Я испытываю негативные эмоции, даже если умерщвление имеет для меня прок. Убив этого голубя, я испытал неприятные ощущения - не столько из чувства вины, сколько из-за лени возиться с его плотью и готовить нарезку для черепахи. Это трудоёмко и аллергенно. В университете я очень неохотно убивал мышей, лягушек или насекомых для коллекции, предпочитая брать тех, кто погиб сам (чаще под фонарями или на шоссе). И никогда не занимался "сборами", бродя с сачком по окрестностям, а пользовался случаем и подручными средствами. Однако если данный вид отсутствовал в коллекции и был важен для экспозиции, я брал 1-2 экземпляра имаго. И тогда уже действовал очень быстро. Для лабораторного музея я отлавливал даже опасных животных - без всяких специальных приспособлений. Например, сколию-гиганта на цветке я поймал, сняв кроссовки и сжав её подошвами, шершня сбил сильным ударом тапочка, пчелу-плотника поймал на клумбе снятой майкой, а ската-хвостокола выбросил на берег ластой, чтобы он не поранил купальщиков на пляже. Настоящие же коллекционеры ведут реальную охоту за экземплярами, расставляя силки, ловушки, давилки или отстреливая птиц из ружья. Например, Чарльз Дарвин на Галапагосах получил информацию про обитавших там вьюрков только потому, что подстрелил несколько экземпляров. Иначе бы он просто не разглядел устройства их клювов.

5. Грубыми и режущими методами убийства я действовать не склонен. Однажды в экспедиции геолог Казуров подарил мне старый хозяйственный нож. Но я им никого не убивал, а лишь готовил с его помощью обед или выстругивал что-нибудь. Это был примитивный деревенский нож, тупой, со сломанной ручкой, без гарды. Никому не нужный. Хоть я и был неуклюжим подростком, но сумел сделать для него хорошие ножны, наточил - и пользовался им постоянно. Поэтому он стал объектом вожделения - вначале бича по фамилии Макалов, а потом юнца по фамилии Пышняк. Макалов хотел отобрать нож силой, но не удалось. Я запугал его приёмами ушу. А Пышняк этот нож у меня попросту украл. Гебефрения наделяла его зудом убийства, и вскоре он пырнул им какую-то бродячую собаку. Вряд ли убил, так как нож неподходящий. Но измазал лезвие и ножны кровью. А потом, после долгих моих разборок, всё-таки вернул мне этот инструмент. Для московского мажора он совершенно никчемный, зато в моём хозяйстве - очень полезен. В основном я выстругиваю им чопики, чтобы повесить какого-нибудь врага (например, валяющиеся швабры или норовящие рухнуть шкафчики). Но резать этим советским деревенским ножом человека я бы не стал: он для этого даже менее пригоден, чем нож кухонный.

6. Здесь следует сделать так называемый "разрыв шаблона" (сейчас это модно) в отношении биологии. Биология это вовсе не "наука о жизни", а скорее наука о смерти. Классические зоологи главным образом изучают мёртвые тела: скелеты, тушки, шкурки, срезы, коллекции, и очень много ловят и умерщвляют. Во всяком случае так была накоплена основная масса информации в зоологии. Это же касается и ботаников, альгологов, микробиологов: изучаются мёртвые, окрашенные препараты. Бизнес биолога - это смерть живых существ, трупы и останки.

7. Физическая антропология (то есть фактически "зоология человека") - это тоже не "наука о человеке", а изучение мертвечины. Основной бизнес антрополога - это трупы: черепа, скелеты, органы, места преступления, фоссилизованные останки, могилы, инвентарь погребений и прочая дохлятина. Ещё антрополог изучает мёртвую информацию о людях (которые зачастую и сами давно уже умерли за давностью лет): слепки зубов, отпечатки ладоней, таблицы с результатами измерений, графики. Живые люди его мало интересуют, особенно в их повседневной динамике. Некоторые антропологи просто одержимы трупным материалом. Например, Георгий Францевич Дебец, по воспоминаниям учеников, почти не обращал внимания на людей, однако очень любил исследовать черепа. Однажды он приехал в Новосибирск, и вместо того, чтобы гулять по городу, общаться с сибиряками и любоваться кедрами, он целые дни азартно мерил черепа в кабинете, совершая рекордное число обследований.

8. Я сам являюсь не физическим, а общим антропологом (о чём написано и в моём дипломе), поэтому трупами не увлекаюсь. В юности я имел интерес к черепам и посткраниальному скелету, к анатомии и физиологии человека в целом, и даже написал об этом статью "Портрет господина Черепа" (авторский вариант которого с иллюстрациями выложен на сайте "Истина - МГУ"). Однако меня больше интересовали живые люди, их повадки и деятельность вообще - как позитивная, так и негативная. То есть область моих интересов - этологические, экологические и культурологические аспекты антропологии. И хотя всякий уважающий себя антрополог обязан знать десятки способов, как умертвить или вывести из строя человека, я не склонен их применять: предпочитаю наблюдать живых особей. Особенно если это сапиенс! Homo sapiens, это моя специализация - я сапиентолог. И самое печальное моё открытие в том, что это редкий вымирающий вид, которого впору занести в Красную книгу. Что собственно и делается: истинный сапиенс, то есть коренные аборигенные народы, находятся под особой охраной закона. Его совершенно вытеснил и даже истребил Homo urbanus.



9. Чтобы вы не думали, что я какой-нибудь мягкотелый ботаник, помещаю здесь это изображение. Работаю я чисто, аккуратно и быстро: три секунды, и голова отлетела. Дух от него не святой, а такой, что я начинаю кашлять. Поэтому препарировать его придётся в маске. Хоть голубь и библейский символ, в нём нет ничего сакрального: обычный городской рудерал - даром, что голова на блюде. А вот обезглавливать Иоанна Предтечу я бы не стал. Это был не голубь, а человек, причём хороший, незаурядный, позитивный, более того - явный теоморф. Поэтому подавать его голову на блюде, как свиную башку к праздному столу - чревато неприятностями.

10. Вообще я уничтожил уже довольно много людей, но только в том случае, если они причинили мне РЕАЛЬНЫЕ проблемы, длительные системные страдания, а главное - если они несли угрозу моим людям, тем, кого я имел слабость полюбить. Тогда это делалось как бы само собой. Однако я не убивал врагов топорными методами, а действовал гораздо тоньше - я их ликвидировал. Мои враги просто исчезали, как бы неведомо куда. Хотя некоторые действительно умирали, причём, как говорят свидетели, в больших агональных страданиях. Некоторые враги погибали не физически, а как личность - со всеми ценностями, амбициями и грандиозными планами. Пару человек я убил с помощью искусства дим-мак, и был весьма этим огорчён. Удовольствия мне это никакого не доставляет.

11. Однажды я курировал проект "Психологическая помощь умирающим", собрал много информации, а потом стал применять её на практике, выслушивая терминальных больных - чем облегчал их состояние. И мне запомнился один старик. Ему было 80 лет, и он жил один. Его звали Виктор Белокопытенко. (Сейчас он, очевидно, уже скончался.) Это бывший зек, отсидевший 10 лет за бандитизм, однако не утративший самоуважения и жизнелюбия. (Меня, говорит, зовут Виктор - то есть победитель!) На воле он жил в деревенском доме, работал на конюшне и считал себя потомком какого-то князя. Однажды в его дом вломился молодой бандит, чтобы ограбить и убить слабосильного старикашку. О чём и заявил, стоя перед стариком. Бандит сильно напился (очевидно, для храбрости), поэтому когда он ударил деда ногой в шею - потерял равновесие и упал ничком. Белокопытенко спокойно взял у печки топор и двинул бандита по шее. Цервикс сломался, и бандит стал корчиться и хрипеть. Тогда старик решил его добить, чтобы тот не мучился или не выжил парализованным уродом. Перерубил позвоночник, однако горло продолжало хрипеть. Дед умел рубить дрова, и впал в такой раж, что отрубил голову напрочь. В сущности, у него были гуманные мотивации плюс состояние аффекта, плюс самозащита. Затем он позвонил ментам и приказал, чтобы приезжали и убирали это дерьмо. Менты приехали - и ужасно испугались! Они объявили, что пойман чудовищный злой маньяк, заковали старика в железа и посадили его в самую строгую камеру.

12. Дед в это время уже еле передвигал ноги, вдобавок страдал от водянки и лишнего веса. В камере он стал умирать от воспаления килы. И решил (поскольку тело всё равно пора выкидывать) сделать сам себе операцию. Он взял бритву и вскрыл себе мошонку, выпустив пять литров экссудата и гноя. После этого завязал пах полотенцем. Через неделю он не только выздоровел, но и стал сбрасывать вес, обретя способность ходить (и носить штаны). Далее старика признали невменяемым, психически больным и увезли в спецтюрьму, где он лежал в довольно мучительных условиях, поскольку те, кого заперли в психиатрической ЛЕЧЕБНИЦЕ, практически лишены медицинской ПОМОЩИ, и даже выдавить прыщик становится там огромной проблемой, не говоря уже о хронических и деликатных заболеваниях.

13. Этот старик, беседуя с психологом, постоянно рассказывал об эпизоде своего преступления. Он хорохорился: "Я атаман! Я убил врага!" - Однако это деяние вызывало у него такую душевную боль и беспокойство, что несмотря на старческую деменцию и тюремный опыт, Белокопытенко испытывал острое желание облегчить душу. Он рассказал о содеянном только одному мне - около десятка раз (не путаясь в деталях). А разным людям он поведал свою историю более 200 раз, продолжая навязчиво делать это даже спустя несколько лет после события, и даже если его затыкали. При этом он явно оправдывался. Ему нужна была, в сущности, исповедь и отпущение грехов, но никакой священник там не появлялся. Таким образом, собственноручно отрубить голову ЧЕЛОВЕКУ - это занятие очень трудное: и технически, и психологически. И оно обычно приводит к патологическому состоянию.

14. Ещё один старик (его фамилия была Шарков - почти как Полиграф Шариков) рассказал мне очень странную историю. Узнав, что я антрополог, он заявил, что тоже сидел в тюрьме для психопатов с одним профессором антропологии. (Для меня это не новость, так как в СССР было репрессировано порядка 500 антропологов этнологического, культурологического или медицинского профиля. Неудивительно, что специалисты в этой области так осторожны.) Этого профессора считали самым страшным врагом человечества, хотя он ничего плохого не сделал - только изучал разные запретные области обыденности и политики. Но его постоянно пытали разными способами. В частности, вкалывали такие препараты, от которых его мучила бессонница, неусидчивость, конвульсии, развился тиреотоксикоз, сердечная недостаточность и диабет.

15. Вдобавок на соседнюю койку подселили толстого невменяемого маньяка по фамилии Савчук, которому дали задание убить этого профессора: разорвать его на куски. Маньяк никому не говорил ни слова, постоянно сверлил антрополога выпученными глазами и медленно тянул к нему руки. Профессор просыпался в 3 часа ночи, не мог уснуть - мучаясь оттого, что рядом храпел этот боров с огромными ручищами. Встать и походить было невозможно, читать тоже: запрещалось. Вообще единственной отдушиной в его тамошней жизни были разговоры с Шарковым. Профессору пришла в голову мысль, что он обязан убить Савчука. И тогда от отчаяния он стал разговаривать с этим молчаливым животным. Что-то бормотал, спрашивал. Неожиданно Савчук стал отвечать. И постепенно он разговорился. Оказалось, что это довольно образованный парень, который уже много лет кочует по тюрьмам и психушкам, без всякого приговора суда, потому что горе-эксперты не могут узнать, был он вменяемым или нет на момент совершения преступления. Ибо Савчук из-за подавленности и оглушённости просто не отвечает на вопросы, и начинает говорить только через 1-2 дня после контакта, да и то полушёпотом. А что это было за преступление, уже забылось, потому что обвинители ничего сами толком не помнят, и вообще куда-то подевались.

16. Хрякоподобный Савчук стал разговорчивым, адекватным и даже делился с людьми закусками. И Шарков пошутил: "Ну ты прямо сделал из свиньи человека! Как в Библии написано." На что профессор ответил: на то, мол, он и антрополог, чтобы уметь создать человека из животного. И что персонаж "Имя мне - легион" по существу означает психопата с шизофренией, размножением личности.

17. Далее Шарков стал утверждать, что антрополога посадили и пытали за то, что на него обозлился некий Главный Начальник, и что при этом применялись те методы биохимического воздействия, которые посоветовала дочка начальника, дока в медицинских ядах. И что врачи, вкалывая эти препараты, уже много раз доводили "пациента" на грань смерти. Кого он при этом имел в виду конкретно, я не выяснил, потому что старик фамилий почти не называл. А профессора он именовал (как и все в той палате) Карлосом. Это мне ни о чём не говорило. Карлосом звали, например, антрополога Кастанеду. И даже меня самого в детстве одноклассники тоже прозвали - Карлос. Врач потом сказал, что старик страдает деменцией и много путает. У него конфабуляции, в которые он вплетает сведения из прочитанных книг Кастанеды, Лукьяненко, Нового Завета, Акунина, Майринка и Стругацких, которые лежат у него под матрасом.

18. Я всё выслушивал, и даже делал вид, что записываю, потому что такова суть помощи. А Шарков стал рассказывать совсем уже странный делирий. Мол, ближе к лету профессор Карлос затосковал и стал умирать, и лишь Савчук ему помогал двигаться. Но тут к ним принесли газету, в которой была новость: в Европе, где жила дочка Главного Начальника (где же ещё жить детям элиты, если не за границей?), произошла трагедия. Дочка ехала в автомобиле по пустой автостраде. Как вдруг словно из ниоткуда возник огромный грузовик - и на бешеной скорости врезался в машину. Девушка погибла в страшных мучениях, разорванная на куски. Причём Шарков повторял, что это был не грузовик, а ЧЕЛОВЕК. И что это произошло потому, что умирающий антрополог вылепил орудие возмездия. Мол, это именно он трансмутировал голема, а затем по зеркальной аналогии вылепил из мрака робота, применив левантийскую магию, с помощью которой алхимики создавали голема-гомункулюса из глины и множества ингредиентов. Старик даже использовал метафору из современных медиа: "В то мгновение из Сумрака соткался Голем и нанёс страшный удар по самому уязвимому месту этого ассассина! Отныне Терминатор будет бродить по планете и изничтожать всё семя его, хватать, топить, переламывать спины и душить всех, носящих имя его!"

19. Ничего удивительного в таком рассказе нет: пожилые люди бывают очень начитанными, много смотрят телевизор, и вообще накапливают большой опыт, поэтому могут высказывать архетипические идеи. Я поинтересовался судьбой антрополога-профессора, и старик заявил, что его куда-то увели из палаты почти в тот же день - к великому огорчению Савчука, да и самого Шаркова тоже. Я подивился такой фантазии, и тому, что делает с мышлением людей массовая культура: дед смешал трансформеров, терминаторов, волшебников, человека, и получилась какая-то ахинея, однако продолжал жить в этой магической реальности и видел в ней логику. Впрочем, если старикам на излёте жизни становится от этого легче - почему бы и нет?



Надпись на тораксе у голема по-русски можно прочесть как излюбленную фразу у подобных квадратных кадавров, кабанов-силачей: "Мне пох!" На кого-то он похож...
Subscribe

  • ответы в конце учебника

    Ноги уже ходят, руки уже не роняют посуду, но совершенно не работает голова. Придётся снова заняться реабилитацией интеллекта. Мой доктор считает,…

  • Свирлоника и сверлёжка

    Полезная публикация русских учёных, проводивших исследование под эгидой Университета Лестера. Завихрения (свирлоны) проявляют свойства квази-частиц:…

  • Сатори 2

    Не надо читать. Это для себя. Просто записки у изголовья. В древности люди обладали не шестым чувством, а цельным, системным чувством, интегративным…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments

  • ответы в конце учебника

    Ноги уже ходят, руки уже не роняют посуду, но совершенно не работает голова. Придётся снова заняться реабилитацией интеллекта. Мой доктор считает,…

  • Свирлоника и сверлёжка

    Полезная публикация русских учёных, проводивших исследование под эгидой Университета Лестера. Завихрения (свирлоны) проявляют свойства квази-частиц:…

  • Сатори 2

    Не надо читать. Это для себя. Просто записки у изголовья. В древности люди обладали не шестым чувством, а цельным, системным чувством, интегративным…