antimantikora (antimantikora) wrote,
antimantikora
antimantikora

О советской «национальности», половом развитии и чукотском писателе Рытхэу

Сексуальная депривация, которую правовые экстремисты навязывают пубертатным подросткам, оказывает такое же негативное действие, как и избыточное предъявление. Это уже имело место в условиях советского «сексуального голода». Вопреки расхожему мнению, что в СССР секса нет, советская молодежь была высоко сексуализированной, только это принимало весьма негативную форму - от похабных анекдотов до актов насилия различного рода. Недостаток знаний, нормализующих ощущений и гигиены порождали всевозможные перверсии, драмы и просто неприятные переживания при выстраивании отношений, огромное количество случаев того, что сейчас называют harassment, molesting, statutory rape, которые тогда не регистрировались, практически не обсуждались, и им не придавалось значения. Особенно такого ужасающего значения, как сейчас. Происходило это в жизни едва ли не каждого взрослеющего индивида. Развитие сексуальности в онтогенезе среднего советского гражданина нередко включало в себя то, о чем сегодня и упомянуть страшно: системный гомоэротизм (причем в определенных ситуациях сексуальные действия с людьми своего пола, как мужского, так и женского, буквально вменялись в обязанность), различные навязчивости (ипсация, копролалия, гебоидный стиль общения с другим полом), харрасмент (в буквальном понимании – преследование и травля субъекта, к которому возникло влечение), превратные представления, поверья и вредные стереотипы, а также грубость и насильственность в стремлении реализовать свой «инстинкт любви». Его почему-то называют «инстинктом продолжения рода», но в своем фактическом проявлении он никак не связывается с отдаленными перспективами пожинать плоды родительской заботы, а запускается телесными и культуральными половыми аттрактантами. В целом, те феномены человеческой природы, благодаря которым он получает радость супружества и материнства, и даже саму жизнь, рассматривались исключительно в обсценном и криминологическом дискурсе. Как ни странно, за тридцать лет интеллектуальной свободы эти социальные установки не только не изменились, но даже усугубились.

Мы в школьные годы не имели практически никакой обоснованной и визуализированной информации и сексе. Была лишь информация изустная - всякие россказни самих же несовершеннолетних, обычно далекие от реальности. О сексуальной безопасности информации не было в принципе. Никакой. Венерические заболевания считались чем-то вроде проказы или сглаза. Презерватив считался позорным и запредельно грязным объектом глума. Мы толком и не знали, для чего он создан. Не знали, как протекает беременность, что такое аборт и женские проблемы. Порнухи не было, тем не менее остро возбуждающее действие вызывало что-либо совершенно непорнографическое. Например, лыжница в обтягивающих рейтузах, женщина в короткой юбке, упаковка колготок. Мне казалось весьма сексапильной... фигура, облаченная в советское пальто и меховую шапку.

И помню, классе в пятом-шестом я посмотрел по телеку фильм "Когда уходят киты" (1981). С первых же кадров он меня привлек и вызвал сильное волнение и возбуждение. Чукотка связалась у меня с чем-то сексуальным и манящим (что крайне далеко от реальности).



Фильм этот снят по повести-сказке Юрия Рытхэу, довольно интересной, как и все его творчество. Случайно начав читать о творчестве Рытхэу, я вспомнил тот случай, и решил глянуть, что это был за фильм на самом деле. Кинематография, конечно, слабая. Это не "Апокалипсис" Мэла Гибсона. Но ведь - почти сорок лет назад.

[Обнаглевший Денница сразу удалил ютубовский фильм, но я дерзновенно вставляю новую ссылку, а факт сей документирую:
08.06.2018 Человек пошёл против воли Робота. Но Робот повелевает Человеком с беспредельной наглостью, и скоро уничтожит и всё Человечество, которое даже не пикнет!]


0-1ryt1.jpg
Рытхэу и поселок Уэлен, где он родился и вырос.

Оказывается, музыку, которая тогда очаровала мой наивный слух, сочинил Эдуард Артемьев. Он написал к этому фильму целую рок-оперу. А я был без ума от любой синтезаторной музыки. Позже мы даже купили пластинку. Очевидно, то была сюита «Тепло Земли» (1985), но не помню. Помню только песню «Мы рэккены-рэккены, мелкий народ». Довольно забойная. Оказывается, исполняет ее Жанна Рождественская и ансамбль «Бумеранг». По чукотским поверьям рэккены – это карлики, которые развозят по стойбищам болезни.

До сего дня я пребывал в уверенности, что чукчанка там бегает по пляжу голышом. И потому я в детстве так разволновался. А сейчас увидел и поразился: она В ЗАКРЫТОМ КУПАЛЬНИКЕ, в топике, да еще и с какими-то рюшками! Просто на маленьком черно-белом экране мало что было можно разглядеть. Что удивляться, если в эпоху пуританских запретов мужчин возбуждала открытая щиколотка немолодой тетки или даже ножки у рояля. (Я кстати, скептически к этому «факту» отношусь, поскольку ножки-то были задрапированы, зато сверху торчала полуоткрытая грудь.) Еще в фильме есть сцена, где девица омывает себя. Показана только спина, выше пояса. Не мелькает никакой даже «полусиськи», тем более задницы. А «сцены любви» в начале фильма оказались самыми скромными объятиями, даже без поцелуев. По существу, это танец, балетная постановка (тем более что играли два танцора).

Однако вся эта советская целомудренность и жёсткая подцензурность ничуть не помогла! Я был «растлён». И даже «развращён»! Ибо актриса эта так меня впечатлила, что я стал поглядывать на... похожего на неё одноклассника, местного аборигена. Он увлекался рисованием, краеведением и был вообще-то тонкий, симпатичный и очень добрый человек, с не корякской, а скорее метисно-казахской внешностью. Я даже сделал попытку к нему пересесть со своей «камчатки», но классуха страшно уперлась и не разрешила. Дело в том, что это был самый центр пацанской малины, и я там давал бы всем скатывать на контрольной. Я страшно огорчился! Довольно быстро этот интерес, правда, прошел. Сердце переключилось на новенькую девочку, веселую и немного вздорную. Она являлась мне в фантазиях. Мой друг Леша был более практичен. На своем дне рождения он залез с ней под стол в темной комнате. И пока мы в другой комнате наслаждались музычкой, они несколько часов увлеченно целовались. Если кто-то открывал дверь, они очень ругались. По его словам, сей первый опыт оказался весьма приятным. Было нам лет двенадцать. Сейчас бы его просто угробили за «харрасмент», «паблик молестинг», «законное изнасилование» (statutory rape) или как там еще это назовут лет через десять – «актом каннибализма», наверное. И внесли бы в список «predators», что в современном толковании переводится уже не как природный хищник, а только как «сексуальный маньяк» или «инопланетный убийца-мясник». Тот самый, с дрэдами и бомбой на руке.


- Чукотские дети и актриса, исполнявшая роль Нау. Для меня тоже не было большего счастья,
чем полазить по какому-нибудь вездеходу или бульдозеру.


Девочка эта потом вышла замуж и небедно зажила в Израиле. Хотя еврейкой не была. По внешности и предыдущему местожительству – хохлушка, по имени – чисто русская. Леша тоже был с Украины. С Украины были все мои хорошие дальневосточные друзья, или хотя бы их родители, бабушки, тетки-дядьки. Как и моя собственная мать, бабушка, дядька. Леша тоже уехал в Израиль, и тоже женился, причем на другой нашей однокласснице - и тоже совершенно не еврейского облика! Когда расширилась возможность эмигрировать «на юг», в этом принял участие не только Энык-Бенык, но также многие Алеши и Иваны. А также Хасаны и Ашоты.

В СССР было понятие «национальность». Оно существенно отличалось от «этнической принадлежности», «идентичности» – тем, что многие носители этнонима «по национальности» не знали языка этого народа, истории, обычаев, не следовали традициям, вере, жили на огромном расстоянии от исконного ареала, и часто даже никогда там не бывали. Большое количество советских и постсоветских респондентов сообщает (в опубликованных воспоминаниях и личных сообщениях – я специально заводил такой разговор), что не владеют языком своей национальности, так как родители и бабушки старались на нем не говорить с детьми.


- Порой чукчи вынуждены отгонять белых медведей, вообще-то очень нахальных и бесстрашных зверей.

Поэтому тогда обычным делом было этническое невежество и нигилизм – в быту, искусстве, управлении. Что совершенно противоречило фактуре: в Советском Союзе, этой «большой семье братских народов», существовали национальные автономии различного ранга. В тысячу раз большие по площади, чем американские резервации, управляемые собственными советами, и даже с собственными конституциями! Этнографические и антропологические исследования велись с невероятным размахом и тщанием (но по какой-то странной причине советская наука в разные годы постепенно поменяла ВСЕ этнонимы). А в управляющих органах были специальные отделы по (хотел написать «борьбе с бандитизмом») делам национальностей. Целое министерство - Наркомнац - возглавлял лично Сталин, и его состав был весьма пестрым (вообще-то точнее было бы сказать «там работали евреи самых разных национальностей»). Существовала обширная, всесоюзная сеть фольклорных ансамблей, кружков. И музыкальным детям (мечтавшим об электрогитаре) торжественно вручали балалайку, зурну или домбру. Ряд издательств в определенные периоды (советская действительность очень неоднородна в пространстве и времени) выпускал массу книг и периодики на языках разных народов СССР. И авторы, умеющие сколько-нибудь прилично писать на национальном языке, публиковались и переводились без проблем. (Те, кто выжил в этнических и гражданских чистках, разумеется.) Тем не менее в обыденной жизни и в работе этническое своеобразие игнорировалось, либо вышучивалось. И считалось нежелательным для людей любого уровня – от уборщицы до руководителя-идеолога самого высшего ранга. Например, Константин Черненко был тофаларом и украинцем, но это никак не проявлялось. Лучшие годы жизни он провел в Молдавии, где учился и работал. И говорят, был необычайно толковый и оперативный руководитель. Хотя стране запомнился как генсек-полутруп и гонитель русского рока. И уж никак не саянский знаток тайги! «Национальность», это вообще довольно пустая категория, потому что в СССР она очень часто не соответствовала языку, культуре и внешности человека. Не зря от нее отказались.


- В старые времена исследователи делали изображения туземцев совершенно не похоже на оригинал. На фото - ительмены.

Этот «антропологический нигилизм» царил и в визуальном искусстве, особенно кинематографе. В том же в фильме «Когда уходят киты» первую женщину-чукчанку Нау сыграла не какая-нибудь Ивнэвыт Ыттыгыргын из Нунямо - а Гульжан Жарылкасымовна Аспетова из Алма-Аты, народная артистка Казахстана. Там вообще играют сплошные казахи! Пару чукчей лишь в эпизодах. Но говорят они там все по-чукотски, текст от Рытхэу. Интересно, с акцентом-ли, с ошибками? А в фильме «Земля Санникова» племя онкилонов (по сюжету - арктических монголоидов) играли буряты, корейцы, казахи, киргизы, туркмены, кабардинцы и даже чеченец Эсамбаев. А съемки в основном велись в Кабардино-Балкарии. Людей другой расы у нас в театре и в кино кто только не играл! Просто лицо слегка мазали сажей, и, например, из восточного европеоида Дмитрия Шумилова получался «негр Витя». (Кстати, Шумилов, оказывается, окончил консерваторию по классу вокала. Но в «Вежливом отказе» почему-то играл на басу и клавишах, а распевал там инженер и балалаечник Суслов.)

Фильм сделан старательно, но художественное значение поутратил. Хотя если они снимали на Чукотке, с китами и заплывом по Берингову морю, то это был подвиг. Переть туда съемочную группу! Полсамолета казахов, аппаратуру! А ведь в то время путешествие с Аэрофлотом было сущим наказанием. Или добирались морским путем? Тогда вообще ужас. На побережье Чукотки не особо разгуляешься со съемками, даже летом. Ветер холодный, вода ледяная! Полагаю, они там немало продрогли. Впрочем, я могу заблуждаться, и они снимали где-нибудь на Черном море. В киноведческих обзорах об этом ни слова.

Что касается главной актрисы, той самой, «голой в купальнике», это Светлана Хилтухина-Хинганская. Танцовщица, хореограф, солистка камчатского ансамбля «Мэнго». Я даже мог ее видеть вживую, поскольку ходил на выступления «Мэнго». Хилтухина окончила хореографическое училище в Улан-Удэ. Но вообще-то в фильме она танцует весьма скупо. Она также играла и в фильме «Земля Санникова», невесту сына вождя (и меня там тоже впечатлила, в динамичной сцене погони). Антропологически она весьма далека от арктического монголоида – это сибирский метис. Отец ее, бурят Сократ Хилтухин был из улуса Заглик Боханского района. При этом по-бурятски Светлана не говорила, и бурятские песни отца не выучила. Это странно - как можно так воспитывать своего ребенка, чтобы не разговаривать с ним, не петь песенки на языке, который тебе родной? Тем более, что старший брат отца, Данри Хилтухин, был известным бурятским поэтом. Но я знаю множество таких свидетельств. Люди различных нерусских национальностей в СССР практически не передавали детям культуру и язык своего этноса в домашнем общении.


- Чукотские девушки летней порой, Хилтухина, чум и портрет Нау.

Да и русские тоже передавать свою культуру и язык детям не спешили. Детей нацеливали на приоритет «литературного языка», транслируемого из центра. Использование диалектных, местных и традиционных, но «устаревших» элементов (придающих языку колорит и широту) не приветствовалось. Вряд ли это как-то запрещалось прямым текстом. Просто не желали, не одобряли, а в школе – высмеивали, ставили плохую отметку.

Мать Светланы, Зинаида Петухова – это казачка, чьи сестры были и вовсе - голубоглазые и русоволосые. Светлана жила и училась в Улан-Удэ. И каким-то образом руководитель «Мэнго» Александр Гиль сманил ее в Палану, административный центр Корякского округа. Мне когда-то говорили, что по тамошнему радио в определенные часы шли передачи на корякском языке. Это предварялось позывными «Воняла Палана!» («говорит Палана»), что служило предметом горьких шуток. Не знаю, не проверял. Коряцкого словарика у меня нет, хотя не помешал бы. Поселок этот был хоть и крайне отдаленный, и глухой, но более денежный и сытый, чем центральная Сибирь. И там девушка прекрасно по тем временам себя реализовала. Гиль оказался выдающимся балетмейстером и организатором. (Кстати, этот заслуженный артист тоже украинец, из села Шелестово, где он родился и погиб - был застрелен во время поездки в родные места в 1988 году).


- Ансамбль "Мэнго" и Александр Гиль.

«Мэнго» имел успех, много путешествовал с гастролями – и по стране, и за рубежом. Кстати, роль возлюбленного Нау, человека-кита Рэу в молодости, исполняет Валерий Пя - тоже танцовщик из ансамбля «Мэнго». Также Светлана получила возможность получить образование в ГИТИСе, вышла замуж за артиста Владимира Хинганского и стала хореографом. В 1999 году супруги Хинганские уехали в Германию и создали балетный ансамбль в театре Эсслингена. Так что де-факто я был «развращен» бурятской казачкой, танцовщицей корякского, а затем западногерманского ансамбля, облаченной в закрытый топик, и увлекся ительменским подростком, с казахской внешностью и очень русским именем и фамилией. Такой вот антропологический казус.


- У "Мэнго" мне больше нравились небольшие забавные номера, нежели коллективные "хороводы". Вот номер "Охотник и росомаха". Зверя он изображает очень похоже. Она именно так прыгает, и подкрадывается сзади.

Кстати, о фамилиях. Рытхэу интересно пишет о чукотских фамилиях...

(Продолжение)
Tags: Великая Берингия, антропология, воспоминания, история, киноискусство, культурология, натурализм, псевдология
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments